Image Post
Главная » 2017 » Февраль » 3 » Малоизвестные стихи и лучшие цитаты Владимира Высоцкого (12 фото)
14:17
Малоизвестные стихи и лучшие цитаты Владимира Высоцкого (12 фото)

* * *
Бродят
по свету люди
разные,
Грезят
они о чуде -
Будет
или не будет!

Стук -
и в этот вечер
Вдруг
тебя замечу,-
Вот и чудо!

Скачет
по небу всадник -
облако,
Плачет
дождем и градом,-
Значит,
на землю надо.

Здесь
чудес немало
Есть -
звезда упала,-
Вот и чудо!

Знаешь!
Я с чудесами -
запросто:
Хочешь,
моргни глазами -
Тотчас
под небесами!

Я
заклятье знаю -
Ну,
скажи: "Желаю",-
Вот и чудо!

1960-e

 


* * *
А мы живем в мертвящей пустоте,-
Попробуй надави - так брызнет гноем,-
И страх мертвящий заглушаем воем -
И те, что первые, и люди, что в хвосте.

И обязательные жертвоприношенья,
Отцами нашими воспетые не раз,
Печать поставили на наше поколенье -
Лишили разума и памяти и глаз.


1979 или 1980

 


* * *
В голове моей тучи безумных идей -
Нет на свете преград для талантов!
Я под брюхом привыкших теснить лошадей
Миновал верховых лейтенантов.

...Разъярялась толпа, напрягалась толпа,
Нарывалась толпа на заслоны -
И тогда становилась толпа "на попа",
Извергая проклятья и стоны.

Дома я раздражителен, резок и груб,-
Домочадцы б мои поразились,
Увидав, как я плакал, взобравшись на круп,-
Контролеры - и те прослезились.

Столько было в тот миг в моем взгляде на мир
Безотчетной, отчаянной прыти,
Что, гарцуя на сером коне, командир
Удивленно сказал: "Пропустите!"

Он, растрогавшись, поднял коня на дыбы -
Аж нога ускользнула из стремя.
Я пожал ему ногу, как руку судьбы,-
Ах, живем мы в прекрасное время!

Серый конь мне прощально хвостом помахал,
Я пошел - предо мной расступились;
Ну, а мой командир на концерт поскакал
Музыканта с фамилией Гилельс.

Я свободное место легко отыскал
После вялой незлой перебранки,-
Всё не сгонят - не то что, когда посещал
Пресловутый Театр на Таганке.

Тесно здесь, но тепло - вряд ли я простужусть,
Здесь единство рядов - в полной мере!
Вот уже я за термосом чьим-то тянусь -
В нем напиток "кровавая Мэри".

Вот сплоченность-то где, вот уж где коллектив,
Вот отдача где и напряженье!
Все болеют за нас - никого супротив,-
Монолит - без симптомов броженья!

Меня можно спокойно от дел отстранить,
Робок я перед сильными, каюсь,-
Но нельзя меня силою остановить,
Когда я на футбол прорываюсь!

1971



* * *
Вот я вошел, и дверь прикрыл,
И показал бумаги,
И так толково объяснил
Зачем приехал в лагерь.

Начальник - как уключина,-
Скрипит - и ни в какую!
"В кино мне роль поручена,-
Опять ему толкую,-

И вот для изучения -
Такое ремесло -
Имею направление!
Дошло теперь?" - "Дошло!

Вот это мы приветствуем,-
Чтоб было, как с копирки,
Вам хорошо б - под следствием
Полгодика в Бутырке!

Чтоб ощутить затылочком,
Что чуть не расстреляли,
Потом - по пересылочкам,-
Тогда бы вы сыграли!.."

Внушаю бедолаге я
Настойчиво, с трудом:
"Мне нужно - прямо с лагеря -
Не бывши под судом!"

"Да вы ведь знать не знаете,
За что вас осудили,-
Права со мной качаете -
А вас еще не брили!"

"Побреют!- рожа сплющена!-
Но все познать желаю,
А что уже упущено -
Талантом наверстаю!"

"Да что за околесица,-
Опять он возражать,-
Пять лет в четыре месяца -
Экстерном, так сказать!.."

Он даже шаркнул мне ногой -
Для секретарши Светы:
"У нас, товарищ дорогой,
Не университеты!

У нас не выйдет с кондачка,
Из ничего - конфетка:
Здесь - от звонка и до звонка,-
У нас не пятилетка!

Так что, давай-ка ты, валяй -
Какой с артиста толк!-
У нас своих хоть отбавляй", -
Сказал он и умолк.

Я снова вынул пук бумаг,
Ору до хрипа в глотке:
Мол, не имеешь права, враг,-
Мы здесь не в околотке!

Мол, я начальству доложу,-
Оно, мол, разберется!..
Я стервенею, в роль вхожу,
А он, гляжу,- сдается.

Я в раже, удержа мне нет,
Бумагами трясу:
"Мне некогда сидеть пять лет -
Премьера на носу!"


Между 1970 и 1978

 


* * *
Вот я выпиваю,
потом засыпаю,
Потом просыпаюсь попить натощак,-
И вот замечаю:
не хочется чаю,
А в крайнем случае - желаю коньяк.

Всегда по субботам
мне в баню охота,
Но нет - я иду соображать на троих...
Тут врали ребяты,
что есть телепаты,
И даже читали в газете про их.

А я их рассказу
поверил не сразу,-
Сперва я женился -
и вспомнил, ей-ей:
Чтоб как у людей я
желаю жить с нею,-
Ан нет - все выходит не как у людей!

У них есть агенты
и порпациенты -
Агенты не знаю державы какой,-
У них инструменты -
магнитные ленты,
И нас они делают левой ногой.

Обидно, однако -
вчера была драка:
Подрались - обнялись,- гляжу, пронесло.
А агент внушает:
"Добей - разрешаю!"
Добил... Вот уже восемь суток прошло.

Мне эта забота
совсем не по нраву:
пусть гнусности мне перестанут внушать!
Кончайте калечить
людям кажный вечер
И дайте возможность самим поступать!

Между 1966 и 1971

* * *
День-деньской я с тобой, за тобой,
Будто только одна забота,
Будто выследил главное что-то -
То, что снимет тоску как рукой.

Это глупо - ведь кто я такой?
Ждать меня - никакого резона,
Тебе нужен другой и покой,
А со мной - неспокойно, бессонно.

Сколько лет ходу нет - в чем секрет?
Может, я невезучий? Не знаю!
Как бродяга, гуляю по маю,
И прохода мне нет от примет.

Может быть, наложили запрет?
Я на каждом шагу спотыкаюсь:
Видно, сколько шагов - столько бед.
Вот узнаю, в чем дело, - покаюсь.

Зима 1966-1967

I
Часов, минут, секунд - нули,-
Сердца с часами сверьте:
Объявлен праздник всей Земли -
День без единой смерти!

Вход в рай забили впопыхах,
Ворота ада - на засове,-
Без оговорок и условий
Все согласовано в верхах.

Ликуй и веселись, народ!
Никто от родов не умрет,
И от болезней в собственной постели.
На целый день отступит мрак,
На целый день задержат рак,
На целый день придержат душу в теле.

И если где резня теперь -
Ножи держать тупыми!
А если бой, то - без потерь,
Расстрел - так холостыми.

Нельзя и с именем Его
Свинцу отвешивать поклонов.
Во имя жизни миллионов
Не будет смерти одного!

И ни за черта самого,
Ни за себя - ни за кого
Никто нигде не обнажит кинжалов.
Никто навечно не уснет,
И не взойдет на эшафот
За торжество добра и идеалов.

И запылают сто костров -
Не жечь, а греть нам спины.
И будет много катастроф,
А жертвы - ни единой.

И, отвалившись от стола,
Никто не лопнет от обжорства,
И падать будут из притворства
От выстрелов из-за угла.

Ну а за кем недоглядят,
Того нещадно оживят -
Натрут его, взъерошат, взъерепенят:
Есть спецотряд из тех ребят,
Что мертвеця растеребят,-
Они на день случайности отменят.

Забудьте мстить и ревновать!
Убийцы, пыл умерьте!
Бить можно, но - не убивать,
Душить, но только не до смерти.

В проем оконный не стремись -
Не засти, слазь и будь мужчиной!-
Для всех устранены причины,
От коих можно прыгать вниз.

Слюнтяи, висельники, тли,-
Мы всех вас вынем из петли,
И напоказ валять в пыли,
Еще дышащих, тепленьких, в исподнем.
Под топорами палачей
Не упадет главы ничьей -
Приема нынче нет в раю господнем.

II
...И пробил час, и день возник,-
Как взрыв, как ослепленье!
То тут, то там взвивался крик:
"Остановись, мгновенье!"

И лился с неба нежный свет,
И хоры ангельские пели,-
И люди быстро обнаглели:
Твори, что хочешь,- смерти нет!

Иной до смерти выпивал -
Но жил, подлец, не умирал,
Другой в пролеты прыгал всяко-разно,
А третьего душил сосед,
А тот - его,- ну, словом, все
Добро и зло творили безнаказно.

И тот, кто никогда не знал
Ни драк, ни ссор, ни споров,-
Тот поднимать свой голос стал,
Как колья от заборов.

Он торопливо вынимал
Из мокрых мостовых булыжник,-
А прежде он был тихий книжник
И зло с насильем презирал.

Кругом никто не умирал,-
А тот, кто раньше понимал
Смерть как награду или избавленье -
Тот бить стремился наповал,-
А сам при этом напевал,
Что, дескать, помнит чудное мгновенье.

Ученый мир - так весь воспрял,-
И врач, науки ради,
На людях яды проверял -
И без противоядий!

Вон там устроила погром -
Должно быть, хунта или клика,-
Но все от мала до велика,
Живут,- все кончилось добром.

Самоубийц, числом до ста -
Сгоняли танками с моста,
Повесившихся скопом оживляли.
Фортуну - вон из колеса...
Да, день без смерти удался!-
Застрельщики, ликуя, пировали.

...Но вдруг глашатай весть разнес
Уже к концу банкета,
Что торжество не удалось,
Что кто-то умер где-то -

В тишайшем уголке Земли,
Где спят и страсти, и стихии,-
Реаниматоры лихие
Туда добраться не смогли.

Кто смог дерзнуть, кто смел посметь?!
И как уговорил он Смерть?
Ей дали взятку - Смерть не на работе.
Недоглядели, хоть реви,-
Он взял да умер от любви -
На взлете умер он, на верхней ноте!


До 1978

* * *
Давно я понял: жить мы не смогли бы,
И что ушла - все правильно, клянусь,-
А за поклоны к праздникам - спасибо,
И за приветы тоже не сержусь.

А зря заботишься, хотя и пишешь - муж, но,
Как видно, он тебя не балует грошом,-
Так что, скажу за яблоки - не нужно,
А вот за курево и водку - хорошо.

Ты не пиши мне про березы, вербы -
Прошу Христом, не то я враз усну,-
Ведь здесь растут такие, Маша, кедры,
Что вовсе не скучаю за сосну!

Ты пишешь мне про кинофильм "Дорога"
И что народу - тыщами у касс,-
Но ты учти - людей здесь тоже много
И что кино бывает и у нас.

Ну в общем ладно - надзиратель злится,
И я кончаю,- ну всего, бывай!
Твой бывший муж, твой бывший кровопийца.
...А знаешь, Маша, знаешь,- приезжай!

1964

* * *
Грезится мне наяву или в бреде,
Как корабли уплывают...
Только своих я не вижу на рейде -
Или они забывают?

Или уходят они в эти страны
Лишь для того, чтобы смыться,-
И возвращаются в наши романы,
Чтоб на секунду забыться;

Чтобы сойти с той закованной спальне -
Слушать ветра в перелесье,
Чтобы похерить весь рейс этот дальний -
Вновь оказаться в Одессе...

Слушайте, вы! Ну кого же мы судим
И для чего так поемся?
Знаете вы, эти грустные люди
Сдохнут - и мы испечемся!

1960-e

* * *
Граждане! Зачем толкаетесь,
На скандал и ссору нарываетесь?-
Сесть хотите? Дальняя дорога?..
Я вам уступлю, ради Бога!

Граждане, даже пьяные!
Все мы - пассажиры постоянные,
Все живем, билеты отрываем,
Все по жизни едем трамваем...

Тесно вам? И зря ругаетесь -
Почему вперед не продвигаетесь?
Каши с вами, видимо, не сваришь...
Никакой я вам не товарищ!

Ноги все прокопытили,
Вон уже дыра в кулак на кителе.
Разбудите этого мужчину -
Он во сне поет матерщину.

Граждане! Жизнь кончается -
Третий круг сойти не получается!
"С вас, товарищ, штраф - рассчитайтесь!
Нет? Тогда еще покатайтесь!"

Между 1967 и 1969

* * *
Где-то там на озере
На новеньком бульдозере
Весь в комбинезоне и в пыли -
Вкалывал он до зари,
Считал, что черви - козыри,
Из грунта выколачивал рубли.

Родственники, братья ли -
Артельщики, старатели,-
Общие задачи, харч и цель.
Кстати ли, некстати ли -
Но план и показатели
Не каждому идут, а на артель.

Говорили старожилы,
Что кругом такие жилы! -
Нападешь на крупный куст -
Хватит и на зубы, и на бюст.

Как-то перед зорькою,
Когда все пили горькую,
В головы ударили пары, -
Ведомый пьяной мордою,
Бульдозер ткнулся в твердую
Глыбу весом в тонны полторы.

Как увидел яму-то -
Так и ахнул прямо там, -
Втихаря хотел - да не с руки:
Вот уж вспомнил маму-то!..
Кликнул всех - вот сраму-то!-
Сразу замелькали кулаки.

Как вступили в спор чины -
Все дела испорчены :
"Ты, юнец, - Фернандо де Кортец!"
Через час все скорчены,
Челюсти попорчены,
Бюсты переломаны вконец.

1968

Категория: Из истории | Просмотров: 7533 | Добавил: Милославский | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]